воскресенье, 15 сентября 2013 г.

Слова пространства в пространстве слов (часть 1)

В новом учебном году блог открывается текстом Натальи Владимировны Пономарёвой. Его вторая часть будет опубликована через неделю. Вопросы и комментарии передадим автору.

Сегодня мы поговорим о пространстве. Вернее, о словах, которые пространство (как одну из основных форм существования материи) именуют. Их много, а потому остановимся на одном из фрагментов такой лексики, так называемых именах топологических зон – верх, низ, бок, перёд, зад и т.п. Эти имена и их производные обычно используются для описания ориентации объекта в пространстве или для пространственной квалификации частей объекта: поднялись на самый верх, верх столба, верх туловища, верх пианино и т.п. Нужно отметить, что представления о пространстве специфическим образом преломляются в языке и задают своеобразную систему координат материального и нематериального мира (ср.: верх горыверх блаженстваправящие верхи, низ зданиясоциальные низы и т.п.).
Обратимся для начала к миру материальному.
Как, например, вы определите, где верх шкафа? Получилось? Думаю, проблем не возникло: шкаф имеет так называемую каноническую ориентацию (для правильного функционирования должен находиться в определённом положении), а потому та его часть, которая находится дальше от опоры в таком, «нормальном», положении, всегда называется верхом, даже если шкаф перевернуть.
Пойдём дальше. Попробуем понять, где верх, например, картонной коробки. Уже сложнее, правда? Но всё равно получилось, потому что верхом таких объектов принято считать ту сторону, которая открывается (функционально особо нагружена), даже если эта часть находится сбоку перевернутой коробки. То есть зона верха, как и у шкафа, постоянна? И так, и не так. Один из студентов однажды радостно сообщил, что «не похоже всё это на шкаф, потому что если это обычная картонная коробка, то совершенно спокойно можно её открывать и с другой стороны, а эту, первоначальную, скотчем заклеить!» И что же? Верх коробки там, где мы сами этого захотим? Так и есть в какой-то мере. Но уж с боковой частью мы его не перепутаем точно!
Продолжаем экспериментировать. Представим себе обычный детский кубик. А у него где верх? Верно: та сторона, которая в данный момент находится выше остальных (дальше от земной поверхности) по вертикальной плоскости. Но стоит перевернуть кубик – и полноценным верхом становится другая сторона! И нет у кубика никаких фиксированных частей – всё зависит от его пространственного положения.
А если вас попросят показать верх бумажного листа? Лист может быть с текстом. Лист может быть поднятым вертикально. Лист может лежать на горизонтальной плоскости. Одинаково ли определяется в этом случае наша топологическая зона? А у ружья где эта часть? А у шариковой ручки она есть? И это только о слове верх…
По мнению лингвистов, основными для пространственного восприятия и пространственного мышления оказываются, например, такие характеристики, как осевая ориентация объекта и возможное направление его движения, расположение одного объекта относительно другого, количественные характеристики ориентира.
Осевая ориентация определяется объективным положением вещей, в частности – категорией вертикальности и горизонтальности, определяющей позицию объекта по отношению к поверхности Земли: вертикальность соотносится с положением объекта перпендикулярно поверхности земли, горизонтальность – с положением параллельно поверхности земли.
Другие характеристики связаны с антропоцентричностью – свойством человека воспринимать окружающий мир через призму того, что его тело обладает определенными характеристиками и 
определенным образом функционирует в этом мире.
Ю.Д.Апресян, рассуждая об отражении пространства в языке, говорит, что в наивной геометрии важными факторами для осмысления топологических зон являются и два типа ориентации объекта в пространстве – относительная и абсолютная: «Существительному приписывается признак абсолютной ориентации по определенному линейному измерению (например, по верху – низу), если пространственная ориентация соответствующего предмета задается исключительно строением последнего. Существительному приписывается признак относительной ориентации по определенному линейному измерению, если пространственная ориентация соответствующего предмета задается не строением последнего, а его наблюдаемым положением, или перемещением, или положением/перемещением другого предмета, в частности, наблюдателя. Признак абсолютной ориентации по верху – низу приписывается, например, существительным шкаф, картина, самолет, гора, дерево, а признак относительной ориентации – существительным кубик, шар, брусок, полено...»
Тип ориентации задается, в свою очередь, категорией фасадности: «Признак фасадности присваивается именам предметов, имеющих такую выделенную сторону, через которую в норме осуществляется их использование, в частности проникновение в них. У нефасадных предметов такой выделенной стороны нет. Так, фасадным предметом является кресло в отличие от табурета: при нормальном использовании кресла на него можно сесть только с одной стороны (с трех других сторон этому препятствуют ручки или спинка), а табурет открыт для использования по своему прямому назначению с любой из сторон…» (Апресян Ю.Д. Избранные труды: в 2 т. Лексическая семантика (синонимические средства языка). – 2-е изд., испр. и доп. – М.: Языки русской культуры, 1995).
Кроме того, значение некоторых слов не может быть полностью описано без учета еще одного участника ситуации – Наблюдателя. Именно Наблюдатель решает, какая часть нефасадного предмета является верхом, низом, передом или задом (например, передом коробки будет названа та ее сторона, напротив которой Наблюдатель находится в момент речи, верхом коробки – та сторона, которая в момент наблюдения находится дальше от земли или точки опоры, чем все другие ее части).


Думаю, что простор для размышлений открыт. А к тому, как пространственные слова отражают нематериальный мир, обратимся в следующий раз.

Комментариев нет:

Отправить комментарий